Линейный крейсер "Repulse", 1941г.

Представляю Вашему вниманию модель от Трумпетера линейного крейсера “Рипалс” на 1941г.
По прототипу.
HMS Repulse (Корабль Его Величества «Рипа́лс») — британский линейный крейсертипа «Ринаун». Изготовитель - John Brown & Company, Клайдбэнк, Шотландия. Заложен 25 января 1915 года. Спущен на воду 8 января 1916г. Введён в строй 18 августа 1916г.
Как немцы, так и англичане в годы Первой мировой войны построили совсем немного линейных кораблей. Когда война только начиналась, ни те, ни другие не могли предположить, что она займет четыре с половиной года. Все считали, что война продлится не более 6—12 месяцев, поэтому нет смысла строить новые дредноуты, которые не успеют принять участие в боевых действиях.
Только такому энергичному и авторитетному человеку, как лорд Фишер, удалось настоять на закладке нескольких крупных кораблей. Ими стали его любимые линейные крейсеры. Первые сражения, казалось, подтвердили их боевые достоинства. Так, 28 августа 1914 года именно появление пяти английских линейных крейсеров решило исход сражения легких морских сил у острова Гельголанд. 8 декабря 1914 года в битве у Фолклендских островов решающую роль в уничтожении немецких броненосных крейсеров «Scharnhorst» и «Gneisenau» сыграли превосходство в скорости и артиллерии крейсеров «Invincible» и «Inflexible». После этих успехов все поверили в тезис Фишера о том, что мощь орудий и высокая скорость — лучшая защита для «battle cruisers».
В итоге Адмиралтейство отказалось от постройки двух линкоров типа «Royal Sovereign» («Repuise» и «Resistance») и заменило их двумя линейными крейсерами типа «Renown». Война подгоняла конструкторов. 25 января 1915 года — через семь недель после сражения возле Фолклендских островов — они были заложены.
Несомненно, британские инженеры-судостроители создали под влиянием идей лорда Фишера весьма оригинальный проект. Несмотря на огромное водоизмещение и размеры, линейные крейсеры имели небольшую осадку в полном грузу, не достигавшую 8 метров: ведь предполагалось, что им придется действовать в мелких водах Датских проливов и на Балтике, у берегов Восточной Пруссии.
Фишер настаивал также на необходимости 32-узлового хода — больше, чем у легких крейсеров того времени. Его могли обеспечить новые, более легкие турбины и котлы. Но время не ждало, поэтому «рипалсы» получили такие же котлы и турбины, как «Tiger», лишь паровых котлов у них было на три больше.
15.09.1916 при ходовых испытаниях на мерной миле “Repulse” при водоизмещении 29 900 т, мощности 119 025 л.с., числе об/мин 275,1, осадке 8,6 м показал скорость 31,73 узла.
Главное вооружение составили 15-дюймовые орудия, число которых (по сравнению с 15-дюймовыми линкорами) сократилось на четверть, с восьми до шести стволов. Хуже обстояло дело с противоминной артиллерией. Вместо прежних 6-дюймовых орудий на этих кораблях появились 4-дюймовые.
Недостаточность калибра усугубляла неудачная установка: пушки размещались по три в одной люльке. В результате все преимущества относительно легких пушек были потеряны. Вращалась строенная установка с немалым трудом, а близко расположенные казенные части стволов было настолько неудобно обслуживать, что скорострельность уступала прежним шестидюймовкам: 32 человека орудийного расчета просто мешали друг другу. И хотя на бумаге вражеские миноносцы встречал плотный огонь тринадцати пушек с каждого борта, на практике это оказалось далеко не так.
Вполне естественно, что все достоинства проекта были оплачены ценой броневой защиты. В полном соответствии с концепцией Фишера, пояс остался тот же, что на «инвинсиблах» — 152 мм. Но к тому моменту, когда осенью 1916 г. «Repulse» и «Renown» почти одновременно вошли в строй, репутация линейных крейсеров упала до нулевой отметки. После Ютланда предубеждение английских моряков против них было таково, что адмирал Битти старался вообще не допускать новые корабли к активным боевым действиям.
Единственное боевое столкновение произошло в Гельголандской бухте 17.11.1917, причем в непосредственный контакт с противником вступил лишь "Repulse", добившийся попадания 381-мм снарядом в германский легкий крейсер "Konigsberg".
Вскоре после этого командующий Гранд Флитом адмирал Джеллико отправил оба корабля обратно на завод, положив тем самым начало длинной цепи переоборудований, растянувшейся на два с лишним десятка лет.
Первые экстренные меры усиления защиты оказались лишь полумерами. Крейсеры получили 500 тонн горизонтальной брони для защиты погребов от падающих сверху снарядов. Поэтому в 1918 году пришлось вернуться к тому же вопросу. На этот раз британские конструкторы «утилизировали» 229-мм броневой пояс от заказанного чилийцами, но оставшегося недостроенным линкора «Almirante Cochrane», установив его на «Repulse». А уже имевшийся 152-мм пояс они подняли выше нового. Заодно на крейсере установили були для подводной защиты.
В 1933 г. «Repulse» отправился на очередное переоборудование. Он получил усиленное бронирование палубы: 140 мм над погребами и 88 мм над механизмами. Корабль лишился трех 102-мм противоминных орудий, вместо которых установили восемь зениток такого же калибра. Все это было бы хорошо, если бы не постоянный рост водоизмещения. В результате скорость снизилась до 28 с небольшим узлов — явно недостаточно для середины 30-х годов.
В общей сумме на все эти попытки довести устаревшие корабли до уровня современных требований англичане потратили вдвое больше денег, чем на их постройку.
Тактико-технические характеристики "Repulse" после модернизации 1936г.
Водоизмещение (порожнее): 31 097 тонн;
Водоизмещение (проектное): 34 800 тонн;
Водоизмещение (наибольшее боевое): 38 300 тонн;
Длина (по ватерлинии): 228,8 м;
Длина (наибольшая): 242,2 м;
Ширина (наибольшая): 30,81 м;
Осадка: 9,6 м;
Энергетическая установка:
4 ПТУ* и 42 ПК** общей мощностью 112 000 л.с.;
Максимальная скорость: 28,3 узла;
Запас топлива: 4230 тонн нефти;
Дальность похода: 4700 миль;
Броня: борт 229 мм, траверсы 102 мм, палуба от 13 мм до 146 мм (над погребами), башни 229 мм, барбеты 102 - 178 мм, рубка 254 мм;
Экипаж: 1200-1250 человек;
Вооружение: 3 х 2 381-мм L/42, 4 х 3 102-мм L/45, 6 х 1 102-мм L/45 (зенитные), 2 х 8 40-мм L/40 и 4 x 4 12,7-мм, 8 х 1 533-мм торпедные аппараты, катапульта и два гидросамолета.
По вооружению, особенно по зенитному, нет точных данных. Осенью 1940-го кормовую 102-мм установку заменили третьим 8-ствольным “пом-помом”. В августе 1941 г. во время ремонта в Росайтском адмиралтействе крейсер получил 8 20-мм одноствольных “эрликонов”. Предполагалось, что в сентябре 1941 г. он уйдёт на модернизацию и усиление зенитного вооружения в США.  Об этой модернизации мало чего известно.
"Repulse" начало Второй мировой войны встретил в составе эскадры линейных крейсеров Флота метрополии, базирующейся на Скапа-Флоу. В начале октября участвовал в неудачной операции по перехвату германского линкора "Gneisenau", обнаруженного английской авиацией 8 октября. До конца года "Repulse" осуществлял прикрытие норвежских конвоев, перевозящих железную руду из Нарвика в порты Англии. В начале декабря привлекался для эскорта первого канадского войскового конвоя, перевозящего в Европу канадских солдат. С первых дней войны по начало марта 1940 г. крейсер провел в море 130 суток. В апреле — июне 1940 г. "Repulse" принимал участие в Норвежской кампании, но боевых столкновений с кораблями противника не имел. 8—10 июня 1940 г. в Северном море вместе с "Renown" безуспешно пытался перехватить "Scharnhorst" и "Gneisenau".
Опыт, полученный английским флотом в ходе Норвежской кампании, косвенно повлиял на дальнейшую судьбу "Repulse". Средства противовоздушной обороны этого крейсера совершенно не отвечали изменившимся условиям войны на море. В связи с этим Адмиралтейство решило использовать крейсер только в тех районах, где угроза налетов вражеской авиации будет сведена к минимуму. С конца 1940 г. "Repulse" продолжал числиться в составе Флота метрополии, но в основном осуществлял сопровождение конвоев с особо ценными грузами в водах Центральной и Южной Атлантики. В этом качестве он использовался до сентября 1941 г., когда ушел на Восток, сопровождая конвой WS-11. 28 ноября в Коломбо "Repulse" присоединился к направленному на Дальний Восток новейшему линкору "Prince of Wales". Адмиралтейство считало, что два этих корабля смогут существенно усилить Восточный флот и послужить для японцев сдерживающим фактором. 2.12.1941 оба корабля прибыли в Сингапур. И вот здесь начинается, как я его называю, ББ - британский бардак, или причина гибели корабля. Судите сами.
 “… Соединением "G" командовал адмирал Филлипс, любимец Черчилля, имевший репутацию энергичного и решительного командующего, но проведший весь начальный период войны на штабной работе.  К тому времени Адмиралтейство, имевшее достаточно сведений об угрозе, которой подвергался наспех созданное соединение, лишенное авиационного прикрытия (выделенный для Восточного флота авианосец "Индомитэбл" повредил днище при посадке на мель и не достиг Сингапура), тщетно искало возможность "сохранить лицо" и одновременно сохранить корабли от возможных последствий поспешно принятого решения. Филлипс получил разрешение связаться с американцами на предмет присылки нескольких эсминцев для эскорта своего отряда, который предполагалось увести из Сингапура. 5 декабря "Рипалс" с 2 эсминцами даже вышел в море и взял курс на австралийский порт Дарвин, но на следующий день был возвращен. 6 декабря американская разведывательная служба расшифровала ноту, которую японский посол в Вашингтоне должен был вручить правительству США. Война стала практически неминуемой. Англичане также получили сообщение о том, что силы вторжения уже находятся в море у побережья Индокитая. К вечеру 9 декабря (по Гринвичу), когда на Дальнем Востоке фактически уже наступило состояние войны, Адмиралтейство приняло решение о том, что линкоры Филлипса "должны выйти в море и затеряться среди бесчисленных островов". Однако в это время соединение "Z" (как теперь назывался отряд) уже находился в море, но вместо того, чтобы скрываться, следовал курсом на северо-запад, пытаясь перехватить японские силы вторжения. В 17-35 ещё 8 декабря "Принс оф Уэлс", "Рипалс" и 4 эсминца вышли из Сингапура. В сгущавшихся сумерках Филиппc взял курс на север, держа ход 17,5 узлов. Предполагалось, что японцы собираются высадить войска на перешейке Кра, как на территории британской Малайи, так и в портах Сиама (Таиланда). Истребители с северных малайских аэродромов должны были обеспечить воздушное прикрытие соединения "Z", однако буквально за несколько минут до полуночи из Сингапура от контр-адмирала Пэллизера поступило неприятнейшее известие о том, что истребительное прикрытие обеспечить не удастся. Так англичане лишились первого из необходимых компонентов удачной операции. Филлипс попал в тяжелое положение, но продолжил движение на северо-восток. В 12-30 он созвал на борту "Принс оф Уэлс" совещание, на котором ознакомил офицеров со своим планом действий против японского десанта у Сингоры и Кота-Бару. Атака вражеских сил, прикрытие которых адмирал оценивал в 2 линейных крейсера типа "Конго", 5 крейсеров и 20 эсминцев, должна была состояться на рассвете 10 декабря. Адмирал предполагал нанести удар по силам десанта на месте высадки и немедленно отойти. Он считал, что пока движение его отряда противником не замечено, и надеялся проскочить зону несомненно имевшейся у японцев разведки ночью. Но вскоре снялся и вопрос о внезапности. Около двух часов дня японская подводная лодка "I-65" обнаружила на предельной дистанции 2 больших корабля. Хотя контакт с быстро следующим в условиях низкой облачности и дождевых шквалов британским соединением был вскоре потерян, сообщение о нем было получено в Сайгоне и на кораблях в море. Спустя 3 часа гидросамолеты с японских крейсеров отряда восстановили контакт и поддерживали его в течение полутора часов. Британцы приготовились к отражению воздушной атаки.”
Совершенно непонятные действия. Англичане как будто забыли о существовании морской авиации у противника. Результат не заставил себя ждать.
 “…Филиппc относительно верно оценивал силы противника. Ему противостояли несколько отрядов, входивших в состав Южного соединения под командованием вице-адмирала Н.Кондо. В Главные силы входили линейные крейсера "Конго" и "Харуна", тяжелые крейсера "Атаго", "Такао" и "Майя", и 10 эсминцев. Эти силы осуществляли дальнее прикрытие высадки, а непосредственное эскортирование соединений 25-й и 15-й армий, прикрытие высадки и отражение возможной контратаки англичан возлагалось на Малайское соединение вице-адмирала Д.Одзава. В него входили тяжелый крейсер "Текай" и эсминец, составлявшие флагманскую группу, главные силы эскорта под водительством  Т.Куриты (тяжелые крейсера "Кумано", "Микума", Могами", "Судзуя" и 3 эсминца), и двух эскортных соединений, включавших помимо вспомогательных и мелких боевых судов 3-ю флотилию эсминцев в составе легкого крейсера "Сендай" и 10 новейших эсминцев. Кроме того, в море находилось 10 подводных лодок. Флагманы их флотилий, легкие крейсера "Йура" и "Кину", патрулировали к северу. Противник выглядел солидно, хотя не имел авианосцев и современных линкоров. Однако главную, хотя еще неизвестную для англичан опасность представляла собой морская авиация. Для действий против кораблей был выделен 1-й воздушный флот под командованием контр-адмирала С.Матсунага. Его ядром являлась 22-я воздушная флотилия, состоявшая из авиагрупп "Гензан" и "Михоро", имевших на вооружении по 36 бомбардировщиков-торпедоносцев типа "96" ("Нелл"). Обе авиагруппы были переброшены на аэродромы поблизости от Сайгона в октябре. До этого они в течение долгого времени участвовали в действиях на суше в Китае, и степень их готовности для действий против кораблей была явно недостаточной. Поэтому 1-й флот был буквально накануне начала военных действий усилен половиной авиагруппы "Канойя" - 27-ю бомбардировщиками-торпедоносцами типа "1" (Бетти"). Этот отдельный отряд, получивший обозначение "ударное соединение "Тей" примерно половину каждого года проводил в интенсивных учениях на море. В 1941 г "Канойя" приступила к тренировкам с Объединенным флотом в торпедометании на мелководье. Как мы вскоре увидим, эти тренировки не были напрасными.
Интересно, что японцы не знали точно, с какими именно силами им придется иметь дело. Единственным достоверным сведением было присутствие в Сингапуре "Принс оф Уэлс" и еще одного линкора. Кондо считал, что вторым был "Кинг Джордж V". Кроме того, по данным авиаразведки там же находились 2 тяжелых крейсера. Японцы засняли оба больших корабля, но "Рипалс" так и не идентифицировали даже в ходе атаки, удостоверившись в его потоплении только после английского официального сообщения.
Днем 9 декабря все японские отряды прикрытия, получившие ложное донесение о том, что британские линейные корабли все еще находятся в Сингапуре, направились в бухту Кам-Рань. На пути туда Одзава около 16-00 получил сообщение от "I-65" об обнаружении "двух линейных кораблей типа "Рипалс" и тут же отдал приказ Матсунаге атаковать противника. В 16-45 18 самолетов группы "Канойя" взлетели и направились к югу, через 50 минут за ними последовали 17 "Нелл" группы "Гензан". Последними вылетели 18 таких же самолетов группы "Михоро", которым вскоре пришлось вернуться из-за плохой погоды. Остальным пришлось возвращаться в темноте и приземляться при лунном свете после 11 вечера. Первый вылет оказался неудачным, но все самолеты благополучно вернулись на базы.
В это время сам Одзава решительно повернул на обратный курс. Еще не все японские транспорты покинули места высадки, и он счел своей обязанностью дать противнику бой, хотя не слишком надеялся на вечерние действия своей авиации и имел в своем распоряжении только 5 тяжелых и 2 легких крейсера и 4 эсминца, входившие в состав временного соединения и не тренировавшиеся вместе для ночных атак. Но более осторожный Кондо решил собрать все силы вокруг двух линейных крейсеров примерно в 40 милях к юго-востоку от о-ва Пуло-Кондор, и войти в контакт с англичанами утром 10-го, заманив их на север открытым использованием радио. Около 19-30 отряды Одзавы и Куриты, по японской традиции действовавшие отдельно и даже не находившиеся в зрительной связи, сблизились с отрядом "Z" почти на 20 миль. Если бы Филлипс не изменил направление движения на северо-западное около 7 часов вечера и продержался на первоначальном северном курсе еще хотя бы четверть часа, он мог бы войти в контакт с противником. Остается только гадать, что произошло бы в этом случае.
Так или иначе, британским кораблям была предначертана другая судьба. Вечером 9 декабря Филиппсу предстояло принять окончательное решение о дальнейшем ходе операции. На старом эсминце "Тенедос" постройки времен 1-й войны обнаружился недостаток топлива, и его пришлось отправить в Сингапур. Командующий отрядом вначале предполагал послать линкор и линейный крейсер к Кота-Бару под прикрытием темноты, но около 8 вечера неохотно отменил операцию и приказал лечь на обратный курс. Около часа ночи 10 декабря он получил из Сингапура сообщение о высадке японцев в Куантане, глубоко в тылу у британских войск. Поскольку этот порт лежал почти на пути отхода соединения "Z", он приказал изменить курс и увеличить скорость до 25 узлов. В ночной темноте подводная лодка "I-58" вновь обнаружила англичан, и даже произвела безуспешную (и даже не обнаруженную) атаку по "Рипалсу", а, главное, донесла о контакте. Японцы получили полную и крайне важную информацию о действиях противника, решившую судьбу британских кораблей.
На рассвете 10 декабря "Принс оф Уэлс" выпустил гидросамолет, обследовавший гавань Куантана. К полному удивлению Филиппса и его штаба порт был пуст. Около 8-00 его дополнительно обследовал эсминец "Экспресс", сообщивши сигналом: "Все спокойно". Было решено обследовать район к востоку от Куантана, где скрылся буксир с тремя баржами, обнаруженные еще в 5 утра. Для экономии топлива на эсминцах скорость сбросили до 20 уз.
Получив сообщение от "I-58", Кондо понял, что его корабли уже не смогут перехватить англичан. Но японская морская авиация с 4-45 утра уже находилась в воздухе, правда, пока только разведчики (9 самолетов из группы "Гензан"). Обнаружение с подводной лодки оказалось роковым. Между 6-25 и 8-00 утра стартовали все остальные самолеты всех трех групп. Хотя боевой дух экипажей, поздно вечером вернувшихся из полета и всю ночь готовившихся к новому вылету, был высок, ожидались большие потери. Командование предполагало, что после атаки не вернется на базы около трети всех самолетов. Японцы очень высоко оценивали новые британские линкоры как в отношении мощи зенитной артиллерии, так и в отношении непотопляемости.
Первая атака оказалась обескураживающей. Эскадрилья группы "Гензан" в 10-13 заметила южнее о-вов Анамбас одинокий корабль, принятый за линкор. Самолеты, вооруженные 500-кг бомбами, совершили три захода на энергично уклоняющуюся цель, потратив на это 20 минут, а сбросив бомбы, убедились, что атакуют небольшой корабль. Это был отделенный вечером 9 декабря эсминец "Тенедос", благополучно избегший попаданий и сообщивший о атаке Филиппсу. К счастью для японцев, остальные две эскадрильи "Нелл", вооруженные торпедами, не отвлеклись на эсминец и продолжили полет к югу.
Японские самолеты уже израсходовали почти половину горючего и отчаялись найти английские корабли, когда один из разведчиков группы "Гензан", вылетевших ранним утром, в 10-15 обнаружил соединение "Z" у Куантана. На удивление быстро ему удалось связаться с Сайгоном, но что еще важнее, донесение было принято непосредственно самолетами групп "Гензан" и "Михоро". Они и атаковали первыми. Оповещенным "Тенедосом" англичанам не пришлось даже прибегнуть к помощи радаров. Стало ясно, что атака неминуема и произойдет скоро. Командир "Рипалса" Теннант связался с Филиппсом и сообщил, что предпочел бы в момент атаки поддерживать скорость около 25 узлов, поскольку при максимальном ходе вибрация корпуса старого линейного крейсера резко снижала эффективность его 102-мм зениток.
Первые ударные самолеты заметили соединение "Z" в 11 часов. Японцы планировали координированную атаку силами всех эскадрилий, но это оказалось невозможным, поскольку вылет производился по схеме "ищи и атакуй", и атаки происходили последовательно и независимо друг от друга.
"Принс оф Уэлс" и "Рипалс" открыли огонь, как только самолеты оказались на дистанции стрельбы. В 11-15 8 бомбардировщиков из состава 5-й эскадрильи группы "Михоро", действуя в плотном строю фронта, одновременно сбросили бомбы с высоты 3000 м на "Рипалс". Им пришлось испытать мощь зенитного огня 133-мм и 102-мм пушек: 5 самолетов получили повреждения. Самолеты этой эскадрильи были вооружены 250-кг бомбами, одна из которых попала в ангар левого борта "Рипалса" - без особых последствий для боеспособности линейного крейсера.
Вторую атаку около 11-45 произвели сразу две торпедоносные эскадрильи из состава группы "Гензан", 1-я и 2-я. Самолеты последовательно, группами по 2-3, сбрасывали торпеды с дистанции 600-1500 м и высоты 10-60 м. Небольшая задержка 2-й эскадрильи, командир которой, лейтенант Такай, не был уверен относительно того, кого он атакует - противника или свои линейные крейсера типа "Конго", сорвала захват в "клещи". 1-я эскадрилья (кроме одного самолета) выпустила торпеды в "Принс оф Уэлс", 2-я и один из самолетов 1-й - в "Рипалс". Оставшиеся 6 самолетов группы "Михоро" произвели безрезультатную бомбардировку "Рипалса" 250-кг бомбами. Высотные бомбардировщики плохо различали цели, и, выполняя приказ атаковать самый большой корабль, раз за разом выбирали более длинный "Рипалс". Однако главной силой являлись торпедоносцы. По сообщениям очевидцев, адмирал Филлипс, наблюдая за снижающимися для атаки самолетами, в ответ на замечание сигнальщика, что они перестраиваются для торпедной атаки, воскликнул: "Торпедоносцы? Нет, нет, У них здесь не может быть торпедоносцев!". Он глубоко ошибался. Японские самолеты один за другим сбрасывали свои "рыбки" и выполняли крутой вираж, причем проходя над мачтами атакованного корабля, поливали палубы пулеметными очередями. По донесениям пилотов, 3 торпеды попали в "Принс оф Уэлс" и 4 в "Рипалс". На деле линейный крейсер попаданий не получил. Новый же линкор, изменивший курс влево, чтобы пройти между следами торпед, сделал это слишком поздно. Избежав 6 торпед, он получил 2 или 3 попадания в левый борт. Последствия оказались для англичан неожиданными и катастрофическими. В сущности, "Принс оф Уэлс" был полностью выведен из строя двумя торпедными попаданиями небольших авиационных торпед. Трудно оценить, был бы он спасен, или нет, но положение линкора через полчаса после атаки оставалось угрожающим. От крена и отсутствия управления корабль беспомощно рыскал на курсе и в 12-10 был поднят сигнал "Не могу управляться".
Но время "Принс оф Уэлс" еще не настало. Третья атака, произошедшая почти ровно в полдень, пришлась на "Рипалс". 8 самолетов 8-й эскадрильи группы "Михоро" атаковали его торпедами, но кэптен Теннант спокойно маневрировал на скорости 25 узлов, полностью перекладывая руль последовательно лево и право на борт. Стандартная методика уклонения от торпед сработала против недостаточно тренированных летчиков, и "Рипалс" избежал попаданий. Теннант же, видя, что флагман не отвечает на вызовы с “Рипалса” и находится в критическом состоянии снизил скорость до 20-и узлов, чтобы не отрываться от “Принса оф Уэлс” и занял позицию в миле-полутора от флагмана.”
Здесь интересный момент. Если бы в этот момент “Рипалс” 25-и узловым ходом ринулся к югу то у крейсера был шанс спастись. До следующей атаки прошло около 20 мин. Японцы наверняка бы предпочли  лучше добить неподвижный линкор, чем гонятся за  вторым кораблём, уходящим от них. Теннант остался, подписав смертный приговор “Рипалсу”.
“…Гибельной для обоих британских кораблей стала последняя, четвертая атака наиболее подготовленной группы "Канойя". 26 "Бетти" не получили сообщений о позиции противника, и в четверть первого, после 6-часового полета, готовились уже повернуть домой, но тут заметили цели. В этой атаке все было на стороне японцев. Даже распределение сил оказалось удачным: 8 самолетов зашли на малоподвижный и практически небоеспособный "Принс оф Уэлс", а остальные занялись "Рипалсом". Счастливо избежавший по меньшей мере 15 торпед, линейный крейсер был атакован с двух направлений и просто не мог уклониться от попаданий. В течение трех минут, с 12-22 до 12-25, он получил 5 торпед. Несмотря на то, что старый корабль тонул очень быстро и скрылся под водой менее чем за 8 минут после первого попадания, вовремя отданная Теннантом команда: "Покинуть корабль" спасла большинство экипажа.
Пятая группа японской авиации (7-я эскадрилья из состава "Михоро", 9 самолётов) сбросила по 500-кг бомбе на то, что им показалось линкором. На самом деле они разрядились по эсминцам, которые легко избежали попаданий. Завершающая, шестая атака, также произведенная группой "Михоро" (6-я эскадрилья) в 12-43 с высоты 3 км, поставила точку в судьбе "Принс оф Уэлс". 7 самолетов (еще один не смог сбросить бомбы) избрали мишенью единственную оставшуюся на плаву крупную цель. В 13-20 "Принс оф Уэлс" внезапно повалился на левый борт и опрокинулся настолько быстро, что чуть не перевернул скуловым килем находившийся у его борта эсминец. Линкор немного продержался на воде вверх дном, прежде чем окончательно исчезнуть под водой. Большинство офицеров корабля и штаба Филлипса оставались вместе с адмиралом и командиром на капитанском мостике, имевшем лучший обзор, и погибли вместе с кораблем.
В этот момент над полем боя объявилась британская авиация. Еще в момент первой атаки Теннант понял, что адмирал не сообщил о ней командованию, и сам отправил радиограмму с адресатом "любому английскому военному кораблю": "Бомбит вражеская авиация" с указанием координат. Цепочка связи на этот раз сработала удивительно быстро. Спустя всего 6 минут сообщение было получено в Сингапуре, а еще через 20 минут 453-я эскадрилья истребителей "Буффало" на аэродроме Сембаванг уже выруливала на взлет. Хотя австралийские пилоты не имели никакого боевого опыта (эскадрилья была сформирована только в конце лета 1941 г.), 11 самолетов из 12 нашли нужный район. Но поздно - японцы уже удалились. Впоследствии участвовавшие в атаке японские командиры эскадрилий утверждали, что все равно потопили бы оба корабля, хотя потери могли быть выше. А маломаневренные и не быстрые "Буффало", если бы и успели, вряд ли смогли бы произвести больше одного захода.
С гибелью "Принса" и ”Рипалса” английские усилия на Дальнем Востоке надолго прервались. Наученное столь горьким опытом, Адмиралтейство и не промышляло о посылке туда новых кораблей.”
Другого исхода дела, вроде и быть не могло…
По модели. Эту модель я бы назвал “Корабль, собранный вслепую (в темноте, на полу)”. Первый, доведённый до конца, Трумпетер. Первый корабль, не крашенный с помощью аэрозольных баллончиков. Только аэр и кисть. Модель, на которой я впервые применил парафильм (спасибо, Данила). И последний, думаю, такой большой корабль, мною собранный (хотя Трумп анонсирует “Техасы” в этом году…). Кроме самой модели имелось в наличии: набор Flyhawk для Repulse, который, казалось, никогда не закончится, деревянные палубы от Ка-моделс (основная) и от Artwox-a (дополнительная), цепи (основные) от того же Artwox-а, стволы для пом-помов от Мастера, травлёные магнитные кабели от Хаси (спасибо, Юрий), сухие декали от Понтоса (спасибо, Сергей) и декаль от Бегемота, смывка X-19(Smoke) и AK 304, такелаж - спандекс.
Сборка оказалась нелёгкой. Корпус пришлось шпаклевать, грунтовать, шпаклевать, грунтовать, бороться с трещинами, шпаклевать и т.д. Получилось – как получилось. Скажу точно – больше с такого типа корпусами не связываюсь. Проще, думаю, пошпангоутно самому собрать. Теперь на будущее только вертикальный разрез. Да и с надстройками мне было очень весело (вторая башня сидит на саморезе, кормовая надстройка вообще пошла винтом, мачта, уже в самом конце такелажных работ, отклеилась и всю конструкцию пришлось ломать, мачту укреплять, отчего вид её, мягко говоря, не соответствует прототипу из-за "подпятников" и т. д.). Косяков оказалось достаточно у всех – у меня, у Трумпа, и у Флая. Но если с Трумпом и со мной всё понятно, то почему дядя Флай, к примеру, не довёл “сарайчик” у кормовой надстройки по правому борту до торца этой надстройки – вопрос к дяде Флаю. А почему в травлении надстроек катеров Флай дал их целиковыми, когда есть куча фото этих катеров– тоже вопрос. Ну и так далее. Как всегда, очень мешало различие между окраской горизонтальных и вертикальных поверхностей.
Сухие декали штука удобная (не нужно никаких микросетов), но наносить их можно, по-моему, на ровную и лучше горизонтальную поверхность. На борт, да ещё и под углом и с уступами этот процесс оказался для меня, мягко говоря, трудноватый.
Корапь, как всегда пока без мата, ибо не худо пройтись по нему ещё “сухой” кистью. А также разместить “джорджиков” (опять спасибо, Сергей) по его поверхности.
А Вениамину просто спасибо за инфопомощь.
В общей сложности стройка длилась чуть больше года.
Фотосессия, понятно, прикидочная.
Ругайте, критикуйте, нам, старикам, уже ничего не страшно…